Аналитика: как война, санкции, нефть и ЦБ уронили рубль


В 2014 году рубль обесценился к доллару на 41%. Тройной удар по российской валюте нанесли война на Украине, западные санкции и падение цен на нефть. Но, возможно, падение не было бы таким стремительным и таким глубоким, если бы не было четвертого удара – в конце года курс рубля лишился гарантированной поддержки Банка России. ЦБ не хотел идти против тренда и тратить резервы, объяснила глава ЦБ Эльвира Нибуллина РБК.

Военная паника

Черным для рубля в 2014-м мог стать совсем другой день – понедельник, 3 марта. За два дня до этого, в субботу, президент Владимир Путин обратился к Совету Федерации за разрешением на использование российских вооруженных сил в Крыму в связи с «экстраординарной ситуацией, сложившейся на Украине, угрозой жизни граждан Российской Федерации». Совет проголосовал мгновенно и единогласно – Россия официально заявила о возможности вторгнуться на территорию Украины.

Сразу после открытия в первый рабочий день рынки рухнули: индекс Московской биржи за считанные минуты упал на 5,8%, РТС – на 7,5%. Уже к 10 утра курс доллара взлетел на 61 копейку, до 36,5 руб., евро – на 93 копейки, до 50,3 руб. Банк России тут же начал гасить пожар: сдвинул вверх границы валютного коридора, повысил ключевую ставку с 5,5% до 7% годовых и наводнил рынок валютой. 3 марта ЦБ продал на рынке $11,3 млрд – всего на $2,7 млрд меньше, чем за два предыдущих месяца, утопив панику в потоке наличности. Доллар удалось затормозить на уровне 36,4 руб., но ЦБ продолжал интервенции весь март, продав за месяц валюту более чем на $22 млрд.

Введенные Западом в ответ на события в Крыму санкции оказались гораздо менее жесткими, чем ожидал рынок, который боялся торгового эмбарго или отключения российских банков от международной системы межбанковских расчетов SWIFT. Не был введен и государственный контроль за движением капитала через границу, о необходимости которого в разгар мартовских событий говорил советник Путина Сергей Глазьев. А цена нефти продолжала держаться выше $100 за баррель. И постепенно участники валютного рынка успокоились.

Уже к концу марта курс доллара упал ниже 36 руб., в середине мая – ниже 35 руб., а в конце июня – ниже 34 руб. Евро с пиковых 50,3 руб. к концу июня упал до 46 руб. Банк России вернулся к реализации старого плана: еще в 2012 году он заявил о переходе с 2015 года к плавающему курсу рубля. В январе 2014 года глава ЦБ Эльвира Набиуллина еще раз подтвердила, что одним из пунктов этого плана станет отказ от валютных интервенций – когда в марте ЦБ не только не отказался, но и сильно нарастил интервенции, Набиуллиной часто припоминали ее слова. В начале мая ЦБ перестал продавать валюту, в конце июня – перестал ее покупать и ушел с рынка совсем. Но в том же конце июня начала падать нефть.

Санкции плюс, нефть минус

А в начале июля США и вслед за ними Евросоюз объявили о вводе «секторальных» санкций, перекрывших доступ дешевым «длинным» западным деньгам. Крупнейшие компании вроде «Роснефти» и НОВАТЭКа, а также главные банки России во главе со Сбербанком и ВТБ больше не могли брать на Западе кредиты сроком более чем на 90 дней, размещать новые выпуски валютных облигаций и привлекать акционерный капитал.

Больше того: санкции постепенно разрушали всю систему связей этих компаний и банков с глобальным финансовым рынком, более глубокую и сложную, чем может показаться на первый взгляд. Например, как рассказали журналу РБК казначеи крупных российских и международных банков, санкции постепенно высушили форвардный рынок.

На этом рынке продают и покупают валюту те, кто хочет быть уверен, что через несколько месяцев сможет поменять рубли и доллары по понятному курсу: в России это огромная часть крупных экспортеров и импортеров. Они заключают сделки с крупными российскими банками, а те, в свою очередь, с мировыми финансовыми гигантами. После введения санкций глобальные банки занервничали – не воспримут ли западные регуляторы форвардные сделки как запрещенные кредиты российским компаниям и банкам. И начали закрывать лимиты.

Постепенно объем этого рынка сжался с нескольких сотен миллионов до десятков миллионов долларов в день. Масла в огонь подлили разговоры о возможном введении контроля за движением капитала в России. Банки заволновались, что не смогут конвертировать рубли в валюту и обратно, и на всякий случай стали воздерживаться от продажи форвардов. Весь неудовлетворенный спрос выплеснулся на спотовый рынок.

Большие экспортеры вроде «Роснефти» оказались под двойным ударом: падение цен на нефть означало снижение валютной выручки, ее могло не хватить для погашения кредитов в этом и следующих годах, а новые кредиты взять нельзя из-за санкций. Уже осенью крупнейшие экспортеры сократили продажу валюты. «Банки об этом узнают моментально, потому что валютная выручка есть, а ее не продают. Банки сразу начали открывать позиции против рубля», – говорит Евгений Егоров из банка «Веста». ЦБ не продавал валюту с мая. Отток капитала все это время усиливался: если в 2013 году он составил $63 млрд, то по итогам 2014 года – $150 млрд. Спрос на валюту в России становился все больше, ее предложение – все меньше.

В июле рост курсов доллара и евро возобновился, но в начале сентября ЦБ еще раз подтвердил, что до конца 2014 года демонтирует валютный коридор, отменит «обязательные» интервенции и завершит переход к плавающему курсу. «Мы будем выходить на валютный рынок с интервенциями в любой момент и в тех объемах, которые необходимы, для того чтобы сбить ажиотажный, спекулятивный спрос», – пообещала Набиуллина в интервью каналу «Россия 24». Когда в начале октября доллар начал штурмовать отметку в 40 руб., ЦБ вернулся на рынок. Но, продав за октябрь $22,3 млрд, не добился ровным счетом ничего: 31 октября 2014 года доллар стоил 43,4 руб., укрепившись за месяц на 4 руб.

Игра наверняка

«Когда ты предсказуемо знаешь, что вот здесь ЦБ будет продавать, потом отойдет на 5 копеек, потом будет продавать дальше и дальше, это на спекулянтов действовало, как тряпка на быка: ату его, ату!», – говорит казначей одного из крупнейших банков. 31 октября ЦБ повысил ключевую ставку на 1,5 п.п., до 9,5% годовых. А 5 ноября ЦБ внезапно отменил и сам валютный коридор, объявив о фактическом введении плавающего курса с 10 ноября 2014 года, а не с 1 января 2015-го, как ожидали участники рынка. Строго говоря, дату 1 января банк никогда не называл. «Во всех документах формулировка была «до конца 2014 года», то есть в ноябре – это не до срока, а в срок. Но многим и правда показалось, что «до конца 2014 года» стоит читать как «с 1 января 2015 года», – сказала Эльвира Набиуллина РБК, передав через представителя.

Но почему это надо было делать в ноябре? «Мы не хотели идти против рыночного тренда: было понятно, что курс рубля снижается в силу объективных и достаточно мощных причин, – объяснила глава ЦБ. – При таком резком падении цен на нефть, которое мы наблюдали осенью, на рынке сформировались однонаправленные ожидания всех участников. Дальше проводить интервенции и тратить золото-валютные резервы было бы просто неправильно».

В начале ноября руководство ЦБ провело две встречи с казначеями и с аналитиками крупнейших банков. «Разговоры были: вот видите, отменили коридор, и ничего же страшного не произошло», – вспоминает участник одной из встреч. «На встрече с казначеями говорили: не стойте против рубля, понесете убытки, нам это будет неприятно», – вспоминает другой.

Позицию ЦБ поддержал Владимир Путин, который 10 ноября объяснил падение рубля спекулятивными атаками, заявив, что фундаментальных факторов и причин для дисбалансов в национальной валюте нет. «Если при этом ЦБ еще придержит определенную ликвидность, то, безусловно, накажет спекулянтов, которые приготовились к дальнейшим спекулятивным действиям», – добавил Путин.

10 ноября ЦБ вновь перестал продавать валюту, но вернулся всего через три недели: нефть упала ниже $70 за баррель, доллар взял очередную «психологически важную» отметку в 50 руб. и полетел дальше. ЦБ выбрасывал на рынок от $200 млн до $2 млрд в день, но это не помогало – теперь доллар вырос на 4 руб. всего за одну первую неделю декабря.

У рынка к этому моменту появился новый главный страх – «Роснефть». Набравшая в долг больше 2,5 трлн руб., подпавшая под санкции и двукратное падение цен на нефть компания нуждалась в валюте: в ней на тот момент было номинировано почти 90% долга. Почти половину этого долга «Роснефти» надо было погасить в 4-м квартале 2014-го и 2015 году. 11 декабря компания разместила облигации на огромные 625 млрд руб., при этом назвать покупателей и цель привлечения денег «Роснефть» отказалась.

«Сделка была абсолютно нерыночная, при этом все понимали, что «Роснефти» для погашения кредитов нужна валюта. Были опасения, что эти рубли полностью или частично выплеснутся на рынок», – говорит начальник дилингового центра Металлинвестбанка Сергей Романчук. Этот вопрос тревожил всех. Гораздо позже выяснилось, что «Роснефть» все же получила валюту в обмен на эти рубли – но не на рынке, а через сделку с «Открытием». Финансовая корпорация взяла облигации «Роснефти», заложила их в ЦБ, получила валюту и отдала ее нефтяной компании.

Но тогда об этом никто не знал: какая разница, купит «Роснефть» валюту или заплатит налоги полученными рублями, не продав выручку – для рынка результат будет одинаковым, рассуждали торговцы валютой.

В день размещения облигаций «Роснефти» 11 декабря ЦБ повысил ключевую ставку до 10,5%. По рассказам собеседника РБК в правительстве, некоторые члены совета директоров банка предлагали повысить ставку сильнее: «Иначе будете ловить рубль неизвестно где». Но резкое повышение не прошло. Глава ЦБ на пресс-конференции по итогам заседания пообещала, что банк «может в любой момент выйти на рынок и создать проблемы для спекулянтов». Рынок не испугался ни роста ставки, ни слов Набиуллиной, ни интервенций ЦБ, продавшего 11 и 12 декабря более $2,8 млрд: доллар и евро за эти два дня подросли еще на два с лишним рубля каждый.

Черный понедельник

В выходные банкиры, трейдеры и спекулянты были предоставлены сами себе: времени, чтобы обдумать влияние денег "Роснефти" на курс рубля было достаточно - и в понедельник, 15 декабря, укоренившаяся за субботу и воскресенье в умах участников рынка паника выплеснулась на рынок. С открытием биржи утром 15 декабря рост валют продолжился: уже к 11:05 доллар стоил 58,8 руб., евро – 72,3 руб. Рынок лихорадило: участники боялись, что на рынок пришли или вот-вот придут рубли «Роснефти», никто не понимал, сколько долларов в ответ готов потратить ЦБ. В рамках новой политики Банк России действует намеренно непредсказуемо: сидит «в засаде», следит за курсом и выходит на рынок всегда внезапно.

К 14:00 доллар перевалил за 59 руб., к 15:50 – за 60, еще через полчаса – за 61. «Раньше в таких случаях ЦБ брал многие миллиарды и шел с ними на рынок, и все разбегались в страхе, потому что выехал танк, с которым бороться бесполезно. А тут ЦБ выехал на мотоцикле, и все начали его руками ловить», – говорит собеседник РБК в одном из банков.

Курс валюты рос так стремительно, что рынок начало лихорадить. Сначала с биржи вынесло тех, кто ставил на падение доллара. «Спекулянты скорее шортили, думали, что доллар вот-вот развернется», – вспоминает Романчук из Металлинвестбанка. Доллар же пошел вверх, и на бирже начались маржин коллы: «короткие» позиции закрывались принудительно. Романчук замечает, что при таких быстрых движениях клиент физически не успевает что-нибудь сделать, чтобы сохранить позицию. «Брокер тебя даже спрашивать не будет, он будет стараться ограничить свои убытки, у клиента уже денег нет. Надо закрывать позицию, покупая доллар», – поясняет Егоров из «Весты». Затем начали закрывать позиции те, кто ставил на рост валюты: уровень и так выглядел запредельным. Но взлет продолжался.

Банк России 15 декабря проводил интервенции, продав за день $1,96 млрд, которые рынок будто не заметил. К закрытию торгов в понедельник доллар подорожал до 64,45 руб., евро – до 78,81 руб. И только вечером, когда стало понятно, что «отскока» уже не случится, совет директоров Центробанка собрался на экстренное совещание.

Двенадцать человек заседали в мраморном зале особняка на Неглинной около трех часов, решая, что делать. О совещании знал весь рынок – в таких случаях на рабочих местах остается линейный персонал ЦБ – но никаких сигналов наружу не было. Около 23:00 в Центробанк безрезультатно пытался дозвониться глава одного из крупнейших банков. Лишь в 23:45 на сотовые телефоны профильных журналистов упало СМС от ЦБ, что скоро выйдет важное заявление. Его разослали около полуночи – Центробанк поднял ключевую ставку сразу на 6,5 п.п., до 17% годовых.

Абсолютный хаос

«Это как если бы Центробанк вывесил на фасаде белый флаг. Ночное повышение ставки говорило: «Мы в растерянности и не знаем, что еще делать», – считает один из российских банкиров. «Объявили поздно вечером, чтобы успеть до начала работы банков на Дальнем Востоке, поэтому не стали дожидаться утра по московскому времени», – парирует Набиуллина. Есть и еще одна причина: для исключения инсайда Центробанк обязан обнародовать решения сразу после их принятия, а в зоне заседания совета директоров глушится даже мобильная связь.

На утро 16 декабря была намечена пресс-конференция первого зампреда ЦБ Ксении Юдаевой, на которой должны были обсуждать прогноз – ее отменили, Набиуллина выступила на канале «Россия 24». «Повышение ключевой ставки ориентировано прежде всего на снижение инфляционных ожиданий, – сказала она, – его влияние на валютный рынок будет косвенным и вряд ли мгновенным». Рубль недооценен по всем параметрам, «но, чтобы он приблизился к фундаментальному курсу, нужно время», добавила глава ЦБ.

Участники рынка по-разному толковали слова Набиуллиной: многие готовились к худшему. «Сегодня абсолютный хаос. Грязный, отвратительный, некрасивый и полностью депрессивный рынок без покупателей и продавцов», «решение ЦБ было абсолютно неожиданным и уничтожило местный рынок, вокруг лишь негативные сигналы» – такими письмами в этот день обменивались трейдеры инвестбанков. Оптимисты ждали, что повышение ставки ЦБ сопроводит мощными интервенциями.Участники рынка давно разгадали схему интервенций ЦБ и играли с регулятором в эту игру: Банк России давно говорил, что все это прекратит, но не все верили, что у него хватит духа, считает председатель правления Московской биржи Александр Афанасьев. Биржа открылась ростом рубля: доллар сразу после открытия торгов упал до 61,57 руб., евро – до 73 руб. Но уже в первый час торговцы валютой осознали, что денег Центробанка на рынке нет. К 12:00 доллар взлетел до 66 руб., евро – выше 82.

«Сигналы со стороны ЦБ были противоречивыми: с одной стороны, они говорят, что рубль недооценен, а с другой – боятся продать лишний миллиард долларов. Одно с другим не билось», – объясняет Романчук. Трейдеры посчитали, что отказ ЦБ от продаж валюты означает его уверенность в дальнейшем падении рубля. В 13:00 по Москве начались торги в Лондоне, и цена нефти упала ниже $60 за баррель. На Московской бирже началась паника: к 14:00 доллар стоил 69 руб., евро – 87.

«Рынок мог развернуться в любой момент, позиции резались, резались и резались, – вспоминает Романчук, – все, что было выше 60, на мой взгляд, происходило при минимальном участии каких-то спекулянтов, банковского комьюнити: это был неудовлетворенный клиентский спрос». Спрос на валюту со стороны населения был огромным – клиенты звонили и требовали купить валюту прямо сейчас и по любой цене, рассказывают сотрудники всех опрошенных банков. Люди попроще выстраивались к обменникам, курс в которых был еще на 5–10 руб. выше, чем на бирже. По данным ЦБ, в 4-м квартале население России купило $18 млрд из $30 млрд за весь год.

Трейдеры испытывали те же чувства. «Курс идет вверх, а ЦБ не реагирует никак, и были самые разные слухи, – вспоминает один из участников торгов на ММВБ. – Может быть, мы не знаем, что сейчас будет объявлена война, или наши дивизии уже пересекают границы, или произошел государственный переворот. Или принято решение об отставке главы ЦБ, и поэтому они ничего не делают».

Нервничали не только торговцы: судя по всему, внутри Банка России не было однозначного мнения по поводу правильности ночного решения. Судить об этом можно по резким словам первого заместителя Набиуллиной Сергея Швецова, выступавшего в этот день на совещании по развитию финансового рынка. «Даже в страшном сне мы не могли себе год назад представить, что такое возможно, – говорил Швецов, – совет директоров ЦБ принимал решение, выбирая между плохим и очень плохим. Но мы приняли такое решение, и какие оно будет иметь последствия для рынка и экономики, я не берусь предсказать».

Кремль молчал: утром 16 декабря пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заявил «Коммерсанту», что Владимир Путин не будет делать отдельных заявлений по поводу курса рубля, а «Центробанк у нас независимый». Премьер-министр Дмитрий Медведев, открывая плановое заседание правительства в 14:00, ни словом не обмолвился о падении рубля, заявив лишь, что до конца дня правительство проведет совещание по финансовым вопросам. К 15:16 паника на ММВБ достигла пика: евро перевалил за 100 руб., доллар – за 80. ЦБ даже в эти критические часы не делал публичных заявлений и не отдал на рынок ни цента.

Сейчас или никогда

У Центробанка не было никаких ограничений по выходу на рынок с интервенциями или необходимости согласовывать этот вопрос с Кремлем – удивительно, что ЦБ ничего не делал, заявил РБК высокопоставленный источник в правительстве. Именно Банк России должен был договариваться с экспортерами и брать на себя всю работу по управлению курсом, считает он: «Все полномочия и все ниточки принятия решений сходились на Неглинке, просто решений с их стороны не было».

Не тратить валюту 16 декабря и было решением, причем совершенно осознанным, ответила на это глава ЦБ: «Мы поняли, что если вмешаемся сейчас, то не перейдем к плавающему курсу. Рынок должен был сам найти равновесие». Помочь рынку найти равновесие пришлось экспортерам. 16 декабря их стал обзванивать лично Путин. «Задал вопрос: зачем же вы придерживаете? Я, кстати, их не заставлял ничего делать… Он мне: нам нужно платить по кредитам скоро, – рассказывал Путин на пресс-конференции два дня спустя. – Ну а если по сусекам поскрести, можно на рынок выйти? Подумал, через секунду отвечает: ну три миллиарда долларов у нас есть, в загашнике... Это только у одной компании».

Экспортеры ответили президенту быстро и дисциплинированно: глава «Роснефти» Игорь Сечин уже примерно в 15:30 вышел к журналистам и заявил, что госкомпания «участвует позитивным образом в стабилизации валютной системы», а слухи о причастности «Роснефти» к обрушению курса рубля являются «провокацией».

Сбербанк днем 16 декабря начал обзванивать корпоративных клиентов, обещая в ближайшее время резко повысить ставки по депозитам. В письмах, копии которых есть у РБК, банк обещал им до 28% годовых – такие ставки были введены уже 19 декабря – что должно было позволить «высушить» рынок от рублевой ликвидности. Ближе к вечеру Минфин продал через Центробанк $500 млн из остатков на счетах Федерального казначейства. Все вместе это помогло: курсы валют поползли вниз, уже к началу пятого евро упал до 92 руб., доллар – до 73.

В 17:00 началось совещание правительства с участием первого вице-премьера Игоря Шувалова, Набиуллиной и министров финансово-экономического блока, по итогам которого экспортеров призвали к «ответственной позиции» на валютном рынке: формулировка подразумевала, что в следующий раз они не должны ждать звонка Путина. А около 17:30 события дня наконец прокомментировал пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. «Турбулентность на рынке присутствует, она в основном объясняется эмоциями и спекулятивными настроениями», – сказал он РИА Новости. Вину за обвал рубля таким образом вновь возложили на спекулянтов.

Центробанковская тайна

Виновных в обвале рубля спекулянтов пока не нашли, но все операции с валютой в России сейчас находятся под особым контролем. «Правоохранительные органы пока, слава богу, не приходили, а ЦБ с нами говорит постоянно: мы видим, что вы покупаете валюту на бирже, зачем? Объясните характер ваших операций. Вполне разумное желание», – рассказывает казначей одного из международных банков. Банки беспокоит не столько внимание ЦБ, сколько интерес к поиску спекулянтов органов вроде Следственного комитета России. В декабре глава СКР Александр Бастрыкин публично удивлялся, почему подходящие для валютных спекулянтов статьи в Уголовном кодексе об инсайдерской информации и манипулировании рынком есть, а практики по ним – нет.

Путин, выступая 18 декабря на большой ежегодной пресс-конференции, поддержал ЦБ в стремлении «не палить бездумно» валютные резервы и вступился за главу банка. «Не только Центральный банк несет ответственность за ситуацию в стране, – заявил президент, – можно наезжать на Набиуллину, но в целом политика ЦБ является адекватной».

Политики внезапных интервенций Центробанк намерен придерживаться и впредь, выходя на рынок с валютой только в случае возникновения «угроз для финансовой стабильности». А вот что они такое – главная тайна Банка России. «ЦБ не будет разглашать свои критерии таких угроз, – поясняет источник в ЦБ. – Если он назовет параметры «угрозы», рынок сможет прогнозировать действия банка и пытаться вновь организовать спекулятивную игру с курсом рубля».

Валерий Игуменов, Елена Тофанюк

Войти