Сбербанк: У нас нет желания растащить «Вамин», оставив после него чистое поле


Впервые встретился с журналистами ряда татарстанских деловых изданий председатель Волго-Вятского банка Сбербанка России Сергей Мальцев. Накануне вечером в откровенном разговоре, в котором, впрочем, было мало конкретных цифр, он ответил на вопросы о ситуации вокруг активов «Вамина», высказал свое мнение о затяжном скандале вокруг кредитов «Софт-трейду» в размере 2,9 млрд. рублей, выданных при бывшем управляющем «Банка Татарстан» Геннадии Захарове. Корреспондент «БИЗНЕС Online» внимательно выслушал гостя из Нижнего Новгорода и узнал, какие отрасли больше всего в России выиграли от санкций.

 «ВСЕ ТЕМЫ, КРОМЕ САНКЦИЙ»

Хотя Сергей Мальцев довольно частый гость в Казани, но встреча с татарстанскими журналистами стала для него первой. Ранее эту функцию брал на себя управляющий отделением «Банк Татарстан» Волго-Вятского банка Рушан Сахбиев. Но на этот раз он не смог присутствовать на встрече, оставив вместо себя заместителя Михаила Марина. Как пояснили «БИЗНЕС Online» в пресс-службе отделения банка, Сахбиев в это время находился в Москве, в служебной командировке. В начале встречи Мальцев пообещал максимально открыто отвечать на любые вопросы, кроме тех, что касаются санкций против России. «Давайте оставим геополитику за рамками данной встречи. Это не то, за что отвечают руководители Сбербанка», — пояснил он.

Отвечая на вопрос корреспондента «БИЗНЕС Online» о том, как в этом году изменилась доля рынка, занимаемого Сбербанком в Татарстане, председатель ответили, что по итогам 8 месяцев банк нарастил свою долю во всех сегментах рынка банковских услуг республики. Навскидку он смог привести только одну цифру: за этот год доля Сбербанка на рынке ипотеки Татарстана возросла с 40 до 46%. Вообще, во время неформальной беседы с журналистами было обнародовано очень мало конкретных цифр. «Вся информация по финансовой деятельности Сбербанка открыта, вы можете ее найти на нашем сайте», — пояснил он.

«СЕЙЧАС МЫ ПЫТАЕМСЯ ОПРЕДЕЛИТЬ, КАКОЕ ИМУЩЕСТВО ЧЬИМ ЗАЛОГОМ ЯВЛЯЕТСЯ»

Разумеется, одной из наиболее интересующих журналистов тем было участие Сбербанка в процессе банкротства «Вамина» и особенно последние решения о переуступке главным кредитором «Вамина» — «АК БАРС» Банком — своей доли долга (3,6 млрд. рублей) государственному «Татагролизингу». Мальцев признал, что у Сбербанка не так много рычагов, чтобы влиять на процесс банкротства, так как его доля в долгах «Вамина» не самая большая среди всех кредиторов (2,06 млрд. рублей из общей суммы задолженности компании в 12,6 млрд. рублей).

«Не могу сказать, что у нас есть полный консенсус между всеми сторонами. Проблема в том, что некоторое имущество «Вамина» одновременно находилось в залоге у разных кредиторов. Сейчас мы пытаемся определить, какое имущество чьим залогом является. Пока трудно комментировать ситуацию, есть наша правда, есть правда других кредиторов. Будет так, как решит суд, — рассказал Мальцев. — Могу сказать, что сейчас у нас есть общее понимание, что мы должны сохранить производство. Да, ситуация непростая. Мы понимаем, что для Татарстана желательно сохранить активы «Вамина» как единый производственный комплекс. Я считаю, что это правильно, и у нас нет желания все это растащить, оставив чистое поле. От этого никто не выиграет». По его словам, в любом случае у всех кредиторов «Вамина» будут потери. «Но нам хотелось бы, чтобы даже при реализации негативного сценария, связанного с продажей имущества, в целом сохранилось производство, сохранились рабочие места», — высказал он консолидированную позицию Сбербанка.

 «ВСЕ МЫ СОВЕРШАЕМ ОШИБКИ И ЧТО-ТО ТЕРЯЕМ»

По словам управляющего Волго-Вятским банком, у него с первыми лицами Татарстана сложились дружеские отношения, основанные на взаимном доверии. «Да, всегда будет существовать какая-то часть невозвратных кредитов, но это рыночные риски, которые на себя берет банк. Это ошибки, которые могут совершить наши клиенты. Это надо спокойно принимать, это одно из слагаемых нашей работы. Мы стараемся быть максимально корректными со всеми нашими клиентами. Но интересы банка мы защищали и будем защищать», — отметил он.

Журналисты тут же попросили оценить ошибки бывшего управляющего отделения «Татарстан» Геннадия Захарова, многолетняя карьера которого закончилась в 2010 году после громкого скандала, связанного с кредитами Сбербанка на 2,6 млрд. рублей, выданными без обеспечения группе компаний «Софт-трейд». «Не люблю говорить о своих предшественниках плохо, — сразу расставил точки над i Мальцев. — Хотя я лично с ним не знаком и не знаю подробностей этой истории, я могу судить по тому, что сделано в банке, и по той плеяде блестящих сотрудников, воспитанных Захаровым, которые трудятся в системе Сбербанка на высоких постах. Все мы совершаем ошибки и что-то теряем. Но в целом Захаров много сделал для Сбербанка. Критиковать людей легко, но трудно сказать, как бы другие поступили в той ситуации».

КТО-ТО ТЕРЯЕТ, А КТО-ТО НАХОДИТ

Председатель Волго-Вятского банка также вкратце рассказал о крупных проектах, которые кредитует Сбербанк в Татарстане. Правда, о новых, не известных журналистам, он ничего не сказал. «В данный момент мы не видим каких-то новых крупных инвестиционных проектов, которые появлялись в банке. Мы доводим те проекты, которые существуют», — сказал Мальцев.

Позднее, отвечая на уточняющий вопрос «БИЗНЕС Online» он сказал, что новые инвестпроекты все-таки есть, однако спрос на кредиты стал довольно неравномерен — те, кто в своем бизнесе зависим от курса иностранной валюты, предпочитают не рисковать и откладывать начало реализации новых проектов. С другой стороны, те, кто развивает импортозамещение, потирают руки и активизировали свою инвестиционную деятельность. «Этим как раз отличается существующая ситуация от классического кризиса 2008 года, когда все производители сворачивали свои инвестиционные программы. Сейчас некоторые отрасли, такие как ОПК и сельское хозяйство, чувствуют себя более комфортно, чем еще полгода назад».

По словам Мальцева, в обозримом будущем в Сбербанке не ожидают волны банкротств своих клиентов. «Во-первых, 2008 год стал холодным душем для большинства компаний и те, кто выжил тогда, перестроили свои бизнес-модели, избавившись от избыточного кредитования своего бизнеса. Во-вторых, сейчас мы не видим каких-то глобальных изменений в покупательской способности населения. Спрос в рублевом выражении сохраняется примерно на том же уровне, что и год назад. В-третьих, наша структура кредитного портфеля стала более устойчива. Мы изменили подход к управлению рисками и ужесточили условия выдачи кредитов».

Александр Андреев

Войти